Проекты во сне и наяву

Проекты во сне и наяву

На стройках будущего вот-вот могут закончиться инженеры

В дискуссиях о высоких технологиях, инновационных прорывах я, наверное, выгляжу законченным наукократом. Хотя бы потому, что считаю – сами по себе технологии не прибавляют человеку знаний. Технологии знания воплощают. Поэтому, если нам хочется что-то новое сделать в инженерии, нужно прежде что-то новое познать. И уже это знание, соответствующее критериям истины, применять к решению практических задач.

Существует формула: миссия науки – превращение денег в знания, а миссия бизнеса – превращение знаний в деньги. Многие проблемы запуска механизма инновационного развития связаны, по моему мнению, с чрезмерной концентрацией внимания на коммерческом применении новых знаний. Но производство знаний, их превращение в технологии и организация коммерческого применения составляют целостный триединый комплекс. Отсутствие или умаление значимости любого из названных элементов влечет нарушение работоспособности инновационного механизма. Такая простая и очевидная логика отражает один из главных критериев российского, а затем и советского образования, которые были заложены еще с созданием Императорского московского технического училища, в ХХ веке известного как МВТУ. Сейчас это Московский государственный технический университет им. Н.Э.Баумана.

Когда-то у нас учился мир

А начиналось все с открытия в XVIII веке Императорского воспитательного дома, в оде о котором Михаил Ломоносов так обозначил будущие цели: «И чтоб из тяжкого для общества числа воздвигнуть с нравами похвальны ремесла».

«Ремесла» стали воздвигаться так активно, что система инженерного образования принесла училищу такую мировую известность, что на Всемирной выставке в Вене в 1873 году была удостоена Большой золотой медали и стала называться русской.

Еще через три года, когда в Филадельфии проходила следующая Всемирная выставка, за эту систему с благодарностью к ее российским создателям ухватились американцы. Именно она легла в основу концепции теперь так знаменитого сегодня Массачусетского технологического института – законодателя мод в инженерном образовании. Джон Рункль – тогдашний президент МТИ в восторге написал директору училища В.К.Делла-Восу: «За Россией признан полный успех в решении столь важной задачи технического образования... В Америке после этого никакая иная система не будет употребляться».

Русская система базировалась на нескольких простых, но чрезвычайно важных принципах. Первый – фундаментальное образование как основа инженерных знаний. Второй – соединение образования с обучением инженерному делу. Третий – практическое применение знаний и инженерных навыков в решении актуальных задач общества.

Все кажется очень простым и очевидным. Но здесь важно понять разницу между образованием и обучением, между знаниями и навыками. Так вот сегодня мы повсеместно и вдохновенно пытаемся обучать навыкам без должного базового образования.

Перекос в эту сторону представляет собой отход от основополагающих принципов Бауманки и Массачусетского технологического института, что начинает парадоксальным образом негативно сказываться сегодня именно на американской системе образования.

Не все знают, а если знают, то не очень обращают внимания на кардинальные реформы, к которым порядка трех лет назад приступила администрация Б.Обамы. Ущербность увлечения специализацией и коммерциализацией привела к опусканию США на уровень третьей десятки стран по качеству подготовки выпускников школ и вузов.

Провал в образовании при несомненном научно-техническом лидерстве США имеет свои объяснения. Америка долго и весьма успешно пользовалась чужим «интеллектуальным сырьем», привлекая к себе лучшие умы со всех концов света и успешно превращая их знания в технологии и деньги. Но такая выгодная стратегия закономерно привела к отставанию собственного интеллектуального капитала. Ответом на этот вызов и стала существенная переориентация образования в сторону фундаментальных знаний.

Вторым парадоксом является наше поведение в нынешней ситуации. Теперь уже мы, основоположники собственной всемирно признанной инженерной школы, рьяно пытаемся перенести в Россию систему образования, в которой сами американцы активно исправляют перекосы специализации.

Много надежд чиновниками от образования возлагается на вхождение России в так называемый болонский процесс – единое образовательное пространство континента. Решение этой задачи, безусловно, имеет актуальное значение в условиях глобализации. Переход на единые образовательные стандарты и взаимное признание дипломов и квалификаций обладает существенной практической полезностью для их обладателей.

Проблема в том, что и в европейских странах нарастает критика болонской системы, так как утилизация образовательного процесса приводит к снижению уровня общей подготовки выпускников вузов, их умения ставить и решать сложные системные задачи, чем всегда отличалась русская инженерная школа. Это требует согласования формализмов болонского процесса с необходимостью укрепления универсальных основ образования.

«Буран» как наглядное пособие

Конечно, основная причина утраты отечественной инженерной традиции связана не столько с некритическим переносом в Россию зарубежных практик, сколько со сменой социально-экономического строя.

В Советском Союзе триада знания–технологии–практика существовала в своеобразной форме. Заказчиком и потребителем научно-технической продукции было государство. То, что сегодня связывается с коммерциализацией и продвижением продукции к потребителю, в советский период осуществлялось в рамках отношений научно-промышленного комплекса с государственными заказчиками и планирующими органами. Требования к научно-промышленному комплексу предъявлялись не агентами стихийного рынка, а вполне определенным заказчиком, выступавшим как самостоятельный потребитель продукции и своеобразный представитель массового потребителя.

Никто не спорит о необходимости формирования системы коммуникаций высокотехнологичных предприятий с рынком и развития их внешних компетенций. Это дело маркетологов, коммуникаторов и других акторов рынка. Однако для научно-инженерного корпуса принципиально важны не механизмы формирования спроса, а технические требования и экономические ограничения, предъявляемые к их продукции.

Предпринятые в годы реформ попытки превратить блестящих инженеров в посредственных маркетологов или заменить их «продвинутыми менеджерами широкого профиля со знанием английского» не привели к рыночным взлетам в сфере высоких технологий. Зато отечественную инженерную школу подрубили под корень.

Что в сухом остатке? Спрос на высокотехнологичную продукцию в больших объемах наконец появился в форме государственного оборонного заказа. А возможности его качественного исполнения уже под большим вопросом. Подготовленные специалисты и талантливые изобретатели, безусловно, есть. Но приказали долго жить инженерные школы. Преодоление таких разрушительных последствий, как показывает опыт Германии, не всегда приводит к восстановлению утраченного. Вливанием денег и проведением помпезных мероприятий менеджерами «по инновациям» проблема не решается.

Научные и инженерные школы существуют в творческом диалоге учитель– ученик. Ни спецкурсами дополнительного обучения, ни технологиями интернет-образования невозможно заменить духовную связь между учителем и учеником. В процессе их сотворчества происходит не только и не столько обмен информацией, сколько передача глубоко личностного опыта миропонимания и стиля мышления, привитие навыков практического применения теоретических знаний.

Облик научных и инженерных школ составляет изоморфизм базовых основ, на которых формируется коллектив специалистов разных профилей, способный к системной постановке и решению сложных научно-технических задач. А сегодня мы имеем набор разрозненных специалистов с утраченным системным качеством.

Поясню свою мысль на конкретном примере. В 2011 году на авиасалоне МАКС в Жуковском демонстрировался макет крылатого космического корабля «Буран». Известно, что в 1993 году программа «Буран-Энергия» была закрыта. Все, что от нее осталось, – пять полноразмерных макетов, находящихся у разных владельцев, в том числе и иностранных.

«Буран» как изделие скорее всего пополнит список российских инженерных чудес, которые поражали воображение иностранцев, но никогда не были использованы: Царь-пушка, Царь-колокол и Ту-144. Поэтому речь идет не о возврате к этой программе, а о той сумме уникальных идей, знаний и технологий, которые в ней сконцентрированы.

Что здесь ценного? В романе Д.Гранина «Иду на грозу» мне запомнился диалог двух персонажей. На вопрос о том, знает ли коллега историю науки и техники, был дан утвердительный ответ. В чем задающий вопрос усомнился и уточнил, что обычно запоминаются только успехи науки, а идеи при своем зарождении гораздо богаче реализованных возможностей.

Обращение к истории разработки сложных технических систем сулит переоткрытие оригинальных научных идей, которые в свое время не были востребованы по сугубо утилитарным причинам. Я веду речь к тому, что еще остаются патриархи инженерных школ, способных выполнить роль Учителя и обеспечить преемственность поколений. К сожалению, их сегодня можно на пальцах пересчитать. Поэтому нужно спешить с оформлением личного опыта и творческих озарений уходящего поколения творцов в знания, которые нужно сделать доступными для обучения инженерного корпуса.

К сожалению, подготовке инженерных кадров сильно вредит отсутствие системности в общей стратегии образования и подготовке специалистов. На эти шараханья сильно влияют и средства массовой информации, особенно телевидение, задающие моду на профессии, которые при всем уважении все-таки не являются локомотивами прогресса. «Эффективные менеджеры», энергичные пиарщики, небедные продюсеры, красавцы-модельеры и гении-дизайнеры, наконец, полицейские и воры – все они становятся героями телесериалов, кинофильмов и образцами для подражания куда чаще создателей научно-технических достижений. Этот перекос, конечно же, сказывается на престиже производственных профессий.

Знания не заменяют компетенции, а компетенции – знания

Что такое сегодня современный инженер? Выпускник, только что окончивший вуз? Драматизм нынешней ситуации заключается в том, что срок жизни прикладных инженерных знаний стал короче срока обучения в вузе. А получение инженерного диплома не гарантирует сегодня пожизненного профессионального статуса. В этих условиях изменяется соотношение вузовского образования и послевузовского обучения.

Представляется, что вуз должен концентрироваться именно на образовании, на фундаментальном знании. Успехи русского инженерного дела были заложены фундаментальными научными школами в технических вузах, где первыми кафедрами были кафедры высшей математики, общей механики, физики, теории машин и механизмов и т.п. Впечатляющие достижения отечественной авиации базировались на школе, которая зародилась в недрах авиационного Расчетно-испытательного бюро, организованного в 1916 году Н.Е.Жуковским и В.П.Ветчинкиным. Технические возможности расчетов с того времени изменились, но теоретическая основа сохранилась. Не случайно поэтому, что специалисты с фундаментальной подготовкой в области аэродинамики и расчета на прочность активно привлекаются сегодня к работам по созданию новых самолетов фирмой «Боинг».

Безусловно, необходима и специализация, овладение навыками применения современных технологий. Так, владение современными информационными технологиями управления производством и жизненным циклом высокотехнологичной продукции является сегодня необходимым требованием к компетенции современного инженера. Сегодня инженерные решения, выполненные не в цифровом формате, вообще не воспринимаются мировым рынком. А у нас с этим большая проблема. Необходимо, безусловно, и овладение навыками маркетинга и менеджмента в сфере высоких технологий.

Но обучение быстро меняющимся компетенциям вряд ли возможно и целесообразно в форматах вузовских программ. Необходимую послевузовскую подготовку целесообразно организовывать путем установления прямых контактов предприятий научно-промышленного комплекса с создателями и поставщиками новых технологий. Перспективным представляется и создание центров компетенций с функциями послевузовской подготовки в рамках таких новых институтов развития, как фонд «Сколково». Но еще раз повторяю: без фундаментальных знаний у человека будет набор компетенций, а не комплекс пониманий, способов мышления и навыков того, что называется высокой инженерной культурой. Техническими новинками нужно овладевать «здесь и сейчас». А образование – нечто другое. Кажется, у уже упомянутого Д.Гранина есть точная формула: «Образование – это то, что остается, когда все выученное забыто».

Там, где бухгалтер главнее академика

Общей тенденцией в реформировании научно-технической сферы выступает приоритет экономических соображений. Экономическую эффективность в этой сфере, безусловно, необходимо повышать. Однако крен в эту сторону уже дает большие издержки. Современный предприниматель мыслит категориями коротких циклов, в то время научно-технические успехи возможны только на основе долговременных стратегий.

США – страна с классической рыночной экономикой. Сегодня она занимает лидирующие позиции в космических технологиях. Но ведь первые космические проекты частного бизнеса появились только в последние годы, хотя эта отрасль в течение 50 лет развивалась за счет государственных усилий. Вряд ли космос был бы под силу бизнесу, а инвестиции в эту сферу не смогли бы обеспечить извлечение прибыли. Но сегодня на основе созданной инфраструктуры и доведенных до уровня экономической эффективности технологий возникла возможность быстрого возврата прежних вложений путем коммерциализации.

Теперь о самом главном. Научно-техническое развитие определяется качеством интеллектуально-творческого потенциала. В этой системе координат талант должен иметь приоритетное значение по отношению к эффективному менеджеру, успехи которого оцениваются снижением рисков и экономией финансов. При создании новых институтов развития у нас предпринята попытка дополнить инженерную компетенцию экономической и юридической компетенцией.

Такой комплекс компетенций успешно применяется в технологически развитых странах. Многие организационные документы готовились на базе их опыта. Но по факту оказывается, что слова у создаваемой песни вроде бы те, а вот музыка – не та. Сегодня наблюдается безоговорочное доминирование финансистов и юристов в формирующихся институтах развития. Я знакомился с зарубежным опытом, сам в свое время посещал в США центр глобального технологического лидерства под названием DARPA. Там финансовая и юридическая дисциплина весьма высока, но там финансисты и юристы выступают в роли заботливых помощников талантов, а не его оценщиков и администраторов. Об этом же самом мне рассказывали и российские участники инновационных проектов этой структуры.

При складывающейся асимметрии в отношениях создателей инновационной продукции и администраторов стал возможен такой парадокс. Так, при создании одного из институтов развития на роль администраторов претендовали около 2 тыс. человек, в то время как поток проектных предложений составил примерно 500 заявок.

Расширение объема экономики, основанной на знаниях, приводит к обострению кадровой проблемы. Возможность стран конкурировать в научно-технической сфере затрудняется из-за недостаточного количества специалистов, способных понимать передовые технологии и творить инновации. Даже американские научные центры заявляют сегодня о катастрофическом недостатке в ученых новой формации, связанных с науками, технологиями, инженерией и математикой (STEM – science, technology, engineering, math). А государство видит в этом угрозу национальной безопасности. Поиск «правильных людей» с нужными талантами и способностями становится все более сложным, приобретает глобальный характер и выливается в охоту за головами по всему миру.

У нас также предпринимаются меры по привлечению к инновационной деятельности перспективных команд. Однако эти процессы носят пассивный характер: приходите к нам, пройдите наши экспертизы, убедите финансистов в коммерческой привлекательности вашего проекта. При таком подходе у талантливых соискателей-одиночек не очень много шансов преодолеть эти процедуры.

При создании фонда «Сколково» академик Владимир Захаров, преподающий в США и работающий в ФИАНе, имел намерение использовать возможности фонда для поддержки двух своих талантливых иногородних аспирантов. А его рекомендация дорогого стоит, гораздо дороже решений грантовых комитетов. Однако сложившиеся правила и процедуры не позволяют реализовать эту идею. Мы не осуществляем охоту за головами даже в собственной стране в отличие от США, которые ведут ее по всему миру.

Поиском талантливых людей нужно заниматься активно, а не ожидать заявок на коммерчески выгодный и при этом нерискованный проект. Глобальные охотники за головами отбирают таланты по оригинальным публикациям, ярким выступлениям на семинарах и т.п. Так что интеллектуальные сливки снимаются еще до стадии их готовности к созданию проектных команд.

И еще о технологиях формирования инновационных прорывов. Она – в системе приоритетов. Так в знаменитом американском агентстве DARPA существует ряд принципов. Первый гласит: риск потерять талантливого человека и перспективную идею выше, чем риск потерять деньги. Принцип второй – приоритетной поддержкой пользуется идея, которая оппонирует традиционным подходам. Принцип третий – под новые идеи и проекты формируются новые команды и структуры.

У нас, к сожалению, все наоборот. При финансовых рисках проекты обречены. При оппонировании сложившимся научным направлениям шансы пройти экспертизу близки к нулю. А вес вывесок научных учреждений и регалий у нас превышает признаки таланта и перспективности научной идеи.

Современные методы организации научной деятельности в развитых странах и механизмы стимулирования ее инновационной активности составляют, на мой взгляд, то ценное, что мы должны перенимать. Но не переносить в страну те издержки, которые возникли из-за чрезмерного увлечения утилизацией и коммерциализацией науки. 

Нам надо, чтобы модернизация России перестала быть заклинанием или лозунгом сверху, а стала бы жгучей потребностью снизу. Только из массовой активности творческих людей и возможно любое восхождение.

Владимир Арсентьевич Рубанов - член Экспертной коллегии фонда "Сколково",
действительный государственный советник Российской Федерации 1 класса
ng.ru

Источник: http://www.razumei.ru/lib/article/1683

Читать комменты и комментировать

Добавить комментарий / отзыв



Защитный код
Обновить

Проекты во сне и наяву | | 2012-12-26 12:46:00 | | Блоги и всяко-разно | | На стройках будущего вот-вот могут закончиться инженеры В дискуссиях о высоких технологиях, инновационных прорывах я, наверное, выгляжу законченным наукократом. Хотя бы потому, что считаю – сами по | РэдЛайн, создание сайта, заказать сайт, разработка сайтов, реклама в Интернете, продвижение, маркетинговые исследования, дизайн студия, веб дизайн, раскрутка сайта, создать сайт компании, сделать сайт, создание сайтов, изготовление сайта, обслуживание сайтов, изготовление сайтов, заказать интернет сайт, создать сайт, изготовить сайт, разработка сайта, web студия, создание веб сайта, поддержка сайта, сайт на заказ, сопровождение сайта, дизайн сайта, сайт под ключ, заказ сайта, реклама сайта, хостинг, регистрация доменов, хабаровск, краснодар, москва, комсомольск |
 
Поделиться с друзьями: